23.9.2020, 04:20
Главная » 2012 » Июнь » 18 » Интервью Роберта Паттинсона с журналом "Industria": "Мне нравилось быть официантом"


21:31
Интервью Роберта Паттинсона с журналом "Industria": "Мне нравилось быть официантом"
Благодаря Тwilightrussia.ru нам доступен оперативный перевод нового интервью Роберта Паттинсона из журнала "Industria". Напомним. что сканы можно увидеть в галерее.

В 2009 году Роберт Паттинсон заработал 20 миллионов долларов. А еще он вошел в список «100 самых влиятельных людей мира» по версии журнала Time. И если бы не этот вездесущий волшебный мальчик Дэниэл Рэдклифф, то сейчас он был бы самым высоко оплачиваемым британским актером в списке The Sunday Times Rich List (Рэдклифф – £54 миллиона фунтов, Паттинсон – £40 миллионов фунтов). Форбс пошел дальше и описал его как одного из самых влиятельных знаменитостей мира. Но не крепите ему ярлыки из-за бледной кожи и взъерошенных волос, Паттинсон, как называют это агенты, «Большой Куш». И все же, когда вы оглядываете список его работ, начиная с фильма «Гарри Поттера и Кубок огня» (2005), нужно признаться, что он снялся в довольно-таки средних фильмах. Скорее всего, именно поэтому INDUSTRIA так мало знает о нем. Нет, конечно, мы прекрасно осведомлены обо всей этой подростковой истерии по его роли Эдварда Каллена в вампирской Сумеречной саге, равно как и о мании по Джастинну Биберу, балеткам и тем рыбкам, которые чистят женские ноги. Но с выходом фильма Дэвида Кроненберга «Космополис» в этом месяце, кажется, ситуация должна очень сильно измениться.

Изначально главную роль в фильме пророчили Колину Фарреллу, чья карьера итак находится на пике, но потом основанный на романе Дона ДеЛилло «Космополис» стал возможностью для Паттинсона вырваться из некоторой затруднительной ситуации (читайте: оторваться от вечно кричащих молоденьких девушек). Но если актер оказался достаточно хорош для столь культового режиссера, который подарил нам «Видеодром», «Муху», «Сканнеры», «Порок на экспорт» и совсем новый «Опасный метод», то, возможно, и нам стоит обратить внимание на "Р-Патца”.

«Когда Колин выбыл из проекта, чтобы сняться в ремейке «Вспомнить все», пришлось все переделывать,» - говорит Кроненберг. – «Как бы то ни было, он был слишком стар для этого фильма: ему 35, а я хотел быть верным книге, мне нужен был 25-летний актер. Тогда я начал проверять всех актеров этого возраста и вот так и нашел Роба. Конечно, я видел его в «Сумерках», но ничего, что он делал до сих пор, не предрасполагало его к тому, что он снимется в «Космополисе». Но чем больше я думал о нем, тем больше мне нравилась эта идея. Мы тогда долго проговорили с ним по телефону. Роб не из тех людей с раздутым эго. Он хотел сделать фильм, но серьезно сомневался, а может ли. Это единственное, о чем он беспокоился. Потом в конце он спросил меня: "Ты серьезно думаешь, что я достаточно хорош, чтобы сыграть в этом фильме? Я боюсь запороть всю твою работу”. И я ответил ему, что весь этот разговор более чем все остальное убедили меня, что он идеально подойдет для «Космополиса».

Пока еще не известно, как воспримут затаившие дыхание фанаты Паттинсона его последнюю карьерную ступень. Несомненно, в последнее время он в своей карьере выбирал лишь серьезные фильмы (такие как драма «Воды слонам», а после сексуальный роман «Милый друг»), но один только этот фильм заставил Паттинсона сильно потрудиться, чтобы удержать внимание зрителей на себе в течение всего фильма. Ведь он там почти в каждой сцене. Почти постоянно в замкнутом пространстве. Должен многое рассказать о городском миллиардере, который решил проехать в своем высоко технологичном лимузине через Манхэттен не в самое лучшее время: на улицах беспорядки, его жизни угрожает расправой сумасшедший, а жена подает на развод. И все для того, чтобы просто подстричься.

В дождливый пятничный вечер 26-летний Паттинсон балуется парой крепких напитков в своем доме в родном Лондоне, прежде чем отправиться на премьеру «Космополиса» в Каннах. Это еще раз заставляет нас пересмотреть прежнюю незаинтересованность им. Оказалось, с ним очень весело разговаривать (история об одноруком мойщике заставляет нас так сильно смеяться, что кажется, все остальное просто меркнет на фоне этой шутки). Да и звезда, начинающая интервью с фразы: «Кажется, я буду очень сильно пьяным к концу этого интервью…», просто не может не расположить к себе с первой секунды.

Когда ты впервые услышал, что Кроненберт собирается снять «Космополис»?

РП:
Мне прислали сценарий примерно за год до того, как я снялся в нем. Мой агент решила, что я могу заинтересоваться этим: я тогда еще сказал ей, что хочу поучаствовать в чем-либо совершенно другом, но чтобы сценарий был реально хорошим. Тогда еще Колин Фаррелл был закреплен за фильмом, но сценарий мне понравился. Хотя я чувствовал, что слишком молод для этого, я мог бы рассмотреть предложение о какой-нибудь роли в фильме. Потом он исчез, все затихло. А в тот момент, когда я заканчивал последний Сумеречный фильм, откуда ни возьмись, он снова всплыл, и мне прямо-таки предложили взяться за главную роль в нем. Я даже понять ничего не успел, что вообще произошло. Но это был очень приятный сюрприз для меня.

Вы тогда разговаривали с Кроненбергом об этом?

РП:
Я снова перечитал сценарий и не совсем понял его. Я знал, что в нем есть что-то реально увлекательное, равно как и то, что кто-то в этом понимает очень многое, но этот кто-то явно был не я. Поэтому я очень боялся говорить об этом с Дэвидом. Мой агент постоянно твердила мне ‘Ты должен получить эту роль’, но, представляете, какая это ужасающая перспектива, звонить одному из лучших режиссеров мира и говорить с ним о сценарии, который ты даже не понимаешь.

Так это ты позвонил ему?

РП:
Я неделю откладывал беседу. Все пытался придумать, как можно отказаться: по идее это самое логическое решение, учитывая, что я ничего не понимал. Но мне нравятся все фильмы Дэвида и единственная причина, почему я мог сказать ему «нет», это потому что я струсил как девчонка. Поэтому я набрал его, был честен, сказал, что не представляю, о чем весь этот фильм, но очень хочу сняться в нем, и тогда он сказал: «Супер, я тоже не знаю, о чем этот фильм». В конце концов, у нас все получилось.

Какой фильм Кроненберга ты увидел первым?

РП:
Кажется, это были «Сканнеры». Я в них просто влюбился. Когда я рос, то тащился по Джеку Николсону, и купил этот DVD, потому что думал, что это он на обложке. И только потом выяснилось, что это был Майкл Айронсайд, по которому я тоже потом стал фанатеть. Помню, еще покупал «Видеодром». Никогда не думал о том, насколько сильно мне нравится Кроненберг, но потом вдруг осознал, что у меня уже было где-то 10 дисков с его фильмами, прежде чем я начал работать с ним. Мне и в голову прийти не могло, что когда-нибудь я смогу сделать с ним фильм: мне всегда казалось, что он постоянно выбирает для них Вигго Мортенсена. Он потрясающий, и теперь мне совсем не удивительно, почему многие актеры так стремятся снова поработать с ним.

Насколько его режиссерский стиль отличается от стиля других?

РП:
Он просто невероятно уверенный. Он не просто берет и снимает, он делает из всего настоящее шоу. И во время всего этого как бы косвенно намекает, что актеры должны приезжать на съемочную площадку подготовленными настолько, чтобы можно было отснять любую сцену. Дэвид может снимать-снимать, и если ему не нравится, как это выглядит в кадре или на мониторе, он просто берет и переходит к чему-нибудь еще. «Космополис» очень многословный фильм, и помимо закадровых мыслей мне нужно было выучивать по 40 страниц диалогов каждый день. Я не делал ничего подобного со времен моих театральных дней. А поскольку все остальные приезжали подготовленными, я просто не мог позволить себе расслабиться и подвести всех.

Это правда, что он не хотел, чтобы ты отходил далеко от оригинала?

РП:
Абсолютная. Это было и моим желанием так же; больше всего мне в этом всем понравился слог и постоянные его перескоки. Наряду со сценарием я прочитал и книгу, и в ней было столько странной и не ритмичной интонации, которая, наверное, и понравилась Дэвиду. Но это все было настолько органично, что даже и пробовать не хотелось вставить свое лишнее слово.

Большинство сцен было снято в лимузине. Клаустрофобия не развилась?

РП:
По мне, это было потрясающе. Сначала я жутко нервничал, но потом смог расслабиться на сидении, и уже дальше каждый актер по-настоящему как бы входил в мой мир. Каждый день я приходил раньше всех, чтобы первым забраться в машину и подловить момент, когда каждый актер подходил к моему автомобилю и садился в него. Внутри больше никого не было кроме меня и другого актера, камера снимала с крана, а Дэвид говорил через рупор. Это значит, что все те потрясающие актеры, такие как Саманта Мортон и Жюльетт Бинош, входя внутрь, по-настоящему немного нервничали, что было именно тем, что нужно, добавляя нашей игре соответствующую атмосферу.

А ты встречался с остальными актерами до того как вы начали снимать фильм?

РП:
Я почти ни с кем не встречался, за исключением Джея Барушеля и Сары Гэйдон. С Жюльетт Бинош я виделся всего два или три раза до сексуальной сцены, а она одна из трех моих самых любимых актрис во всем мире. Это было очень странно и в то же время просто невероятно.

Согласиться на эту роль было довольно храбрым поступком. В одной сцене ты соблазняешь свою коллегу, пока тебе проверяют простату.

РП:
Это была единственная сцена, где я жалел, что не мог ее отрепетировать заранее, хаха. Думаю, это была одна из самых смешных сцен, которую мне когда-либо приходилось читать, и единственная вещь, которую мы обрезали в фильме. В книге там все намного хуже, там такая фраза: «Я буду медленно трахать тебя бутылкой, и смотреть на это сквозь свои солнечные очки», а в это время у меня в заднице должны были бы быть пальцы доктора. Вот живешь-живешь, снимаешь, и тут наступает этот день, когда ты думаешь «Я единственный, кто уязвим в этой сцене»; а ведь обычно все происходит совсем наоборот. Дэвид смеялся всю эту сцену напролет. Представьте, стоишь ты такой на своей позиции, наклонившись, над твоей задницей все ржут, а ты должен быстро собраться и засунуть свою гордость куда подальше.

Не смотря на сложность диалогов, говорят, ты хорошо провел время?

РП:
Для чего-то столь многословного и столь сложного, всегда, приходя на площадку, чувствовалось, что вокруг все очень продумано. Но, да, это были самые забавные съемки, которые у меня когда-либо были. Было ощущение, что мы снимали как будто комедию. Серьезно, это странное кино.

Однажды тебе даже запустили пирог в лицо.

РП:
В одном из дублей мне даже показалось, что мне сломали нос. Мой нос очень легко сломать, а Матье (Амальрик) такой человек, старой закалки, который очень сильно порой вживается в роль. В этой сцене я частенько выпадал из кадра, готовый обоссаться в штаны от смеха. Я был просто безнадежен. Я рассматривал его как комика, выступающего передо мной в стиле стенд-ап.

Ты специально выбрал что-то столь далекое и отличное от Сумеречных фильмов?

РП:
На самом деле это все произошло спонтанно. Не так много независимых режиссеров могут сами профинансировать фильм, и самый лучший способ утвердиться в качестве актера – сняться с лучшим режиссером. Но, к сожалению, студии любят нанимать новичков, вместо того, чтобы брать режиссеров-классиков. Это ведь такой риск. С Дэвидом же это не будет простой набор кадров, склеенных с какой-нибудь музычкой, каждый его фильм - это «нечто» - это настоящее произведение искусства. И в тот момент я только начал думать о том, что же буду делать дальше, мне в руки попал этот сценарий, который так безумно отличался от всего остального, что я задался вопросом, возьмется ли кто-нибудь снимать его. И, думаю, это одна из причин, почему я согласился на фильм. Последняя сцена фильма расписана на 20 страницах, и она вдвое тяжелее просто потому, что там появляется новый персонаж. Если вы прочитаете любое руководство по написанию сценариев, то увидите, что это нарушает все правила книги. И единственной причиной, по которой все вышло так, как надо, был Кроненберг. Было бы просто смешно не согласиться сниматься в подобном фильме с таким режиссером.

Как думаешь, может сейчас у тебя уже достаточно полномочий взять и самому снять фильм?

РП:
Не совсем. Мне кажется, меня уже записали в категорию актера, ищущего фильмы только для одобрения Сумеречных фанатов, но не уверен, гарантирует ли мне это какой-либо успех. Мне просто повезло с фильмом Кроненберга, потому что даже сейчас если бы я претендовал на эту роль, мне бы пришло прослушиваться на нее столько много раз, сколько бы они захотели этого, чтобы получить ее. А я ведь просто пытаюсь сделать все более-менее сносно. Мне хотелось бы верить, что люди начнут замечать, что я совершаю интересный выбор, чтобы потом можно было сказать, что это потолок моей карьеры и можно перейти куда-то дальше. Я не пытаюсь сделать карьеру актера, это все иллюзия. Я боюсь лишь одного, что мне никогда не предложат ничего интересного, что моя жизнь пройдет мимо и кто-нибудь когда-нибудь спросит меня: «А что ты сделал кроме Сумерек?».

Как ты справляешься с пристальным вниманием?

РП:
Я никогда не понимал этой истерии вокруг меня. Это ведь всего лишь роль, которую я сыграл, Эдвард Каллен, романтичный вампир. Куча девчонок визжали от творения Стефани Майер еще до того, как даже сняли фильм. Многим знаменитостям тоже нравится Сага, но я не могу понять, как можно любить ее настолько. Но я же не настолько ужасный человек, поэтому, когда фанаты подходят ко мне на улице, я стараюсь быть милым с ними. Но всякий раз, когда ты отворачиваешься, никто ведь и не задумывается, «почему». Не знаю, имеет ли это какой-то смысл, иногда я даже вспомнить не могу, что извергается из моего рта.

Все нормально. Ответ годится. В октябре выходят «Сумерки. Сага. Рассвет – часть 2», почувствуешь ли ты себя свободным, когда все закончится?

РП:
Единственная сложность с Сумеречной сагой в том, что мой персонаж в нем не меняется. Поэтому какое-то время я даже не знал, что мне делать с этим. Все это хорошо было в книге, там для читателей места для воображения было больше, и именно поэтому первый фильм для меня был намного проще. А через какое-то время люди начинают узнавать тебя, ты начинаешь сниматься в других фильмах, и ты больше не мифический персонаж. Ты просто парень. Не могу сказать, что я чувствую по этому поводу, я по-прежнему работаю над этим. Мы только что закончили финальные пересъемки пару недель назад. Если бы мой персонаж мог стареть или его можно было бы ранить, для меня все было бы по-другому. Это прекрасная любовная история, - где два главных героя не оставят друг друга не смотря ни на что, - идея замечательная, но сыграть ее? Зрители итак уже знают, что случится дальше, задолго до того как это вообще начнет зарождаться. Поэтому у тебя даже нет шансов сыграть на недоверии.

Теперь, когда ты стал успешным актером, оглядываешься ли ты назад в то время, когда обслуживал столики, и думаешь ли «Хорошо, что я больше этим не занимаюсь»?

РП:
Странная вещь, но я не ненавижу то, чем занимался до того, как стал актером. Мне нравилось быть официантом. Я, конечно, был ужасным в этом, но я получал удовольствие от этого, хотя и был уволен с трех разных мест. Однажды я уронил бутылку вина на голову лысому парню. Представляете, полная бутылка вина. Хорошо, что она еще не разбилась. После этого инцидента меня понизили до работника кухни, и я работал там с одноруким турком, который мыл всю посуду. А мне больше не разрешали находиться в основном помещении.

Как же он мыл всю посуду одной рукой?

РП:
Вообще-то, он, кажется, в основном вытирал тарелки.

Без сомнения, это, наверное, была еще та борьба с тарелками?

РП:
Не, он, кажется, вполне нормально так справлялся, хаха.

Ты сказал, что любил Джека Николсона, когда был ребенком, а есть ли сейчас какие-либо актеры, чью карьеру ты хотел бы повторить?

РП:
Мне кажется, нереально повторить карьеру какого-либо другого актера. Все всегда неотрывно наблюдали за карьерой Леонардо ДиКаприо и Дэниэля Дэй-Льюиса, но никто и никогда еще не повторил их пути. Люди очень быстро пресыщаются. А я хочу просто заниматься своим делом: нравится это кому-то или нет. Вся эта чушь про актерскую карьеру – ты либо делаешь это для студии, либо для себя, - больше не катит, потому что ты можешь сняться в двадцати фильмах для студии, двадцати в основном только из-за денег, а когда ты сделаешь один для себя, и он провалится – все. Всю твою карьеру можно в туалет спускать.

Что ты будешь делать после?

РП:
Я собираюсь сняться в фильме Жана-Стефана Совера «Миссия: Черный список», который снял «Джонни - Бешеный Пес», об Эрике Мэддоксе, следователе, который дал наводку США о местонахождении Саддама Хуссейна. Я встречался с Эриком в Вашингтоне: он тогда только вернулся из Афганистана, но все равно полностью ввел меня в курс дела, больше 16 часов, между прочим, о том, как он нашел Саддама Хуссейна. У него фотографическая память, поэтому его рассказ был полон всяких мельчайших деталей. Надеюсь, что мы будем снимать в Ираке, это было бы очень круто. А еще я собираюсь сняться в фильме Дэвида Мишо «Ровер». Он действующее лицо своей собственной компании «Blue Tongue», фанатом которой я являюсь и постоянно слежу за обновлениями их короткометражных фильмов на YouTube. Его и его друзей одобрило Австралийское кино-сообщество, дав им зеленый свет самим написать сценарий и снять фильм, но только если они наймут одних австралийцев. Я прочитал сценарий и просто отчаянно умолял их о прослушивании. Думаю, я буду единственным не-австралийцем, который снимется в нем.

Источник
Перевод: Морской Котик

При полном или частичном копировании материалов сайта, активная ссылка на него (сайт) обязательна!
Понравилась новость? Отметь это в рейтинге (ЖМИ НА ЗВЕЗДОЧКИ)!
| Категория: Актеры/Персонажи | Просмотров: 464 | Добавил: male4ka | Рейтинг: 0.0/0
Теги: Роберт Паттинсон, интервью, Industria



Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Наш опрос
Как часто Вы посещаете наш сайт?
Всего ответов: 67
Мини-чат
Рейтинги
Наш сайт участвует в нескольких рейтингах и, если вы цените его, помогите нам занять первые места! Инструкция по голосованию. Заранее большое спасибо!
Top Twilight Blogs
Twilight Poison Topsite

Рейтинг@Mail.ru


Каталог лучших сайтов конструктора uCoz
Статистика

Seo анализ сайта
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0